Марьяна Веритакс (Вольская). Доктор Эниологии, Психоаналитик, Магистр Биоэнергетики

Влияние стилей привязанности «мать-ребенок» на поведение партнеров в ситуации разрыва отношений (часть вторая)

Человек хочет достичь совершенства…

Соответствовать «совершенству» — это принять в себе причины, делающим его «несовершенным»…

М. Веритакс

Надёжный стиль привязанности

Влияние стилей привязанности «мать-ребенок» на поведение партнеров в ситуации разрыва отношений (часть вторая)-01Люди с НАДЁЖНЫМ СТИЛЕМ привязанности имели матерей, которые в раннем детстве были «открыты» своим малышам, отзывчивы и заботливы, внимательно относились к их потребностям и проявляли любовь, когда их малыши нуждались в утешении.

Возникающая внутренняя гармония, внутреннее равновесие в самой матери, отсутствие резких «вспышек», эмоциональных перепадов настроения — создавали между матерью и ребёнком положительный стабильный климат взаимного доверия, вселяли чувство нужности и уверенности в малыше.

В результате у детей с надёжной привязанностью возникает убежденность, что в случае необходимости они всегда могут рассчитывать на внимание и помощь родителя, что они не будут оставлены и покинуты в сложных жизненных ситуациях. Доверие и понимание закладываются как основа отношений с окружающими.

Этот опыт во многом определяет отношение таких детей к жизни в целом, не меняя в основном своих приоритетов, даже будучи уже вполне взрослыми людьми. Такие дети могут чувствовать себя более комфортно, чем другие, обращаясь к родителям без страха быть осужденными или не понятыми.

С раннего детства у них создаются хорошие условия для исследования окружающего мира и формирования основ, в большинстве случаев, адекватного отношения к себе. Самооценку таким детям родители формируют в адекватном отношении к себе и своим желаниям. У них нет постоянной тревожности и необходимости доказывать свою «любовь» для привлечения внимания.

Люди с надёжным стилем привязанности обычно способны находить равновесие между независимостью и близостью в отношениях с другим человеком, в частности со своей второй половиной.

Имея в основном адекватное восприятие своих возможностей и потребностей, они воспринимают себя как привлекательных и вызывающих симпатию людей; они не нуждаются в подтверждении извне собственной ценности. Поскольку их развитие происходило в атмосфере надёжности и безопасности, они доверяют другим людям, способны поделиться своими чувствами и обратиться за помощью.

У людей с надёжным стилем привязанности, как правило, хорошие навыки общения.

Они обычно выбирают партнёров со сходными убеждениями касательно близости и надёжности в отношениях. Они стараются строить отношения на основе гармоничного и непрерывного самораскрытия, принимают недостатки друг друга и поддерживают в сложных ситуациях друг друга. Они способны контролировать своё настроение, интегрировать противоречивые чувства, блокировать негативные эмоции, разрешать возникающие конфликты в сотрудничестве с партнёром.

В кризисных и критических ситуациях они обладают выдержкой и возможностью адекватно реагировать на реальные факты, не впадая в крайности. Таким людям доступны более конструктивные стратегии решения проблем.

Партнёры с обоюдным надёжным стилем привязанности

Надо отметить, что супружеские пары с ОБОЮДНЫМ НАДЁЖНЫМ СТИЛЕМ ПРИВЯЗАННОСТИ имеют относительно низкий процент разводов, но при физической или психологической неудовлетворенностях возможны также ситуации с разрывом отношений. В случае развода оба супруга примиряются с решением развестись и могут пройти через это без взаимных обвинений, даже если инициатива исходила от одного из них.

Вследствие хорошего и адекватного восприятия реальности, нормальной самооценки и ощущения независимости, они начинают относиться к себе и к бывшему супругу как к людям, которым предстоит заново, с другим партнёром, выстроить личную жизнь.

Хотя люди с надёжной привязанностью склонны обращаться за помощью в ситуации дистресса (ярко выраженного стресса, оказывающего существенное отрицательное воздействие на организм) к специалисту и извлекать из неё пользу, в большинстве случаев они способны справиться с кризисом развода без психологической помощи.

Партнёры с надёжной привязанностью адекватно осознают, что дети нуждаются в воспитании и общении с обоими родителями.

Присутствует стремление к обсуждению сложившейся ситуации и планированию дальнейших действий, однако, вероятность столкнуться с тенденцией партнёра «уйти» от разговора есть

Они также пытаются устраивать встречи детей с избегающим родителем, который может начать «загружать» себя на работе и под этой «причиной» не появляться в день рождения ребёнка и других важных для ребёнка событиях.

Оценка своих имеющихся внутренних ресурсов как вполне реальных, позволяет им встретить «боль» расставания и перспективу будущей жизни врозь вполне адекватно. Как правило, игры в «трагедии» им не свойственны и весь процесс развода проистекает без «показухи», чрезмерной угрозы и «несносной» обиды.

В большинстве случаев, такие партнёры способны рационально подойти к ситуации, обсуждать конкретные вопросы, направленные на решение проблем, без искажения слов и поступков партнёра. Благодаря своим личным способностям и навыкам разрешения проблем они не зацикливаются ни на обвинениях, ни на мыслях о крушении надежд, и приступают к реорганизации своей жизни и будущего своих детей с максимальным учетом потребностей всех членов семьи.

Тревожно-амбивалентный стиль привязанности

Люди с ТРЕВОЖНО-АМБИВАЛЕНТНЫМ СТИЛЕМ ПРИВЯЗАННОСТИ с рождения, в отличие от рассмотренного выше надёжного стиля привязанности, не имеют в младенчестве последовательной и «спокойной» заботы; их матери относились к ним то с заботой и отзывчивостью, то игнорировали вообще, пренебрегая, как правило, под различными «уважительными» причинами, вниманием к ребёнку и его потребностям в общении, не воспринимая его личные пожелания и навязывающие «свою» форму мировосприятия.

Постоянные смены психоэмоционального поведения матери, регулярные «скачки» настроения и непоследовательность в своём отношении к методам воспитания (нежные ласки и подзатыльник), судя по всему и создают в таких детях неспокойное чувство нестабильности и неуверенности относительно того, будет ли их мама рядом, когда они будут в ней нуждаться.

А сможет ли она помочь и захочет ли это делать?! Возникает постоянное присутствие как фона — внутренней неспособности расслабляться, постоянного чувства тревоги, напряжённости и страха потери близкого человека.

Повзрослев, такие люди с тревожно-амбивалентной привязанностью склонны бессознательно преувеличивать(!) значение близости с другим человеком.

Порой, внутренняя необходимость чувствовать себя нужным и видеть проявление как со своей стороны, так и со стороны противоположного пола внимания и участия, создаёт почву для угодия и постоянного подстраивания под жизнь другого, доходящего нередко до слияния и потери личных границ.

Не замечая за собой подобные действия, они со временем вызывают негативную реакцию со стороны партнёра.

Постоянный «контроль» из-за страха «быть покинутым» заставляет их практически «прилипать» к тем, кто им важен и дорог, не замечая, что медленно разрушают сами свои отношения с партнёром постоянным требованием «быть рядом», участвовать во многих его делах, быть «всегда и везде» рядом!!!

Это «утомляет» и со временем партнёр хочет удалиться от постоянного «прессинга любви»!

Потребность всё время бессознательно «контролировать» отношения с партнёром на предмет «своего соответствия» и бдительно «охранять» от потенциальных желающих его (её) забрать.

Они нередко страдают от необоснованной(!) внутренней тревоги и сомнений в себе, изводя себя периодически сомнениями и идеями, видя в обычных жизненных ситуациях «чьё-то» преднамеренное отношение, как правило, искажающее реальное положение вещей, доводящее до невротических переживаний.

Посеянная в младенчестве матерью «тревога» создаёт уже во взрослом состоянии человека предпосылки для нестабильного внутреннего адекватного отношения к своей «достойности» чего-то, своим поступкам и оценке действий окружающих.

Они постоянно озабочены вопросом эмоциональной безопасности в отношениях с партнёром. Напряжённость присутствует в решении даже обыденных вопросов, если при этом возникает необходимость быть «вне зоны» восприятия своего партнёра. Больше всего они боятся, что их могут ОСТАВИТЬ, поэтому проявления партнёром потребности в одиночестве и независимости переживаются ими как серьёзная опасность, провоцирующая личность на необходимость постоянно находиться в напряжении.

Они зачастую не понимают, почему их партнёр не считает нужным «взять» его (её) с собой при решении профессиональных или других вопросов?!

Их потребность «быть рядом» обусловлена заниженной самооценкой и постоянной потребностью ощущать себя «вместе» с партнёром.

В близких отношениях тревожно-амбивалентные люди требовательны, в большинстве своём психоэмоционально зависимы от своего партнёра, весьма ревнивы и склонны к реакциям «цепляния». Подозрительность и ревность понижают и без того не высокую самооценку человека и он пытается все время «везде и во всём» контролировать отношения, а партнёра часто воспринимает как уклоняющегося от обязательств, что приводит к «накалу» и нередко конфликтам, с бурным выяснениям отношений, упреками, оскорблениями и отстаиванием своих личных границ.

Осталось рассмотреть еще один стиль привязанности, который отличается от двух предыдущих, более «контрастным» и «жёстким» эмоциональным фоном в отношениях мать-ребёнок.

Избегающий стиль привязанности

Влияние стилей привязанности «мать-ребенок» на поведение партнеров в ситуации разрыва отношений (часть вторая)-02Люди с ИЗБЕГАЮЩИМ СТИЛЕМ ПРИВЯЗАННОСТИ имели матерей, в силу определенных причин (это индивидуально) нечувствительных и в некотором смысле равнодушных к (эмоциональному!) состоянию и нуждам ребёнка в раннем детстве. Это не могло пройти для психоэмоционального состояния младенца бесследно. Причем, многие из таких матерей могли воспринимать своё отношение к ребёнку как вполне «заботливое» и внешне выглядящее как вполне премилое, с точки зрения существующих человеческих «норм».

При этом они могли испытывать продолжительное внутреннее отвержение и некую враждебность к тем, кто нуждался в душевном тепле, ласке и ощущении своей «нужности» для них.

Чередование разлуки и вторгающегося равнодушного, порой «механического» поведения матери приводит к защитному поведению ребёнка — абстрагированности от её влияния. При таком отношении, малыш пытается как бы «забыть» о своей потребности в матери, избирает сдержанную и безразличную манеру поведения, чтобы избежать всё новых и новых разочарований.

Когда мать «возвращается» после таких периодов «разлуки» и пытается проявить какие-то эмоции, такие младенцы отказываются на них смотреть, как бы «отрицая» какие-либо чувства к ней.

Они просто не реагируют на неё с радостью, воспринимая её как «чужое» создание. В их поведении можно усмотреть некий укор: «Кто ты? Должен ли я тебя признавать? — Ту, которая не поможет мне, когда я буду нуждаться в этом».

Закрепляется подсознательно убеждённость в отсутствии необходимости любить и проявлять к ней чувства.

В жизни, во взрослом состоянии, такие люди имеют «двойственную» природу: желание не иметь никаких эмоциональных привязок к противоположному полу и, тем не менее, желание быть родителем ими не отрицается.

К подростковому возрасту такое поведение закрепляется в устойчивую установку отчужденной независимости, что укрепляет психоэмоциональную отдалённость и всякое нежелание духовной близости с матерью.

Они не нуждаются в проявлении чувств, внешне они воспринимаются как «холодные» и эгоистичные люди, показывающие потребность в партнёре настолько, насколько им выгодно или есть желание, при этом не допускают в отношении себя никаких элементов «командования» или «неуважения».

В последующем, уже у взрослого человека с избегающим стилем привязанности основательно обесценивается важность духовного взаимопонимания с партнёром и значение близких эмоциональных отношений в целом. Человек такого типа «сам по себе», даже в окружении родных.

Он как бы ограждает себя сам от возможных болезненных ощущений («не надо мне делать больно!») как в детстве.

«Не разрешая» себе испытывать трепетные чувства (это объясняется как «слабость и недостойность для истинного мужчины») и эмоции к противоположному полу («это не мне, а тебе надо!»), человек не имеет возможности «чувствовать» из-за нежелания «впадать» в якобы «зависимость» от противоположного пола.

Это конечно неадекватно, но естественно для тех, кто имел первый опыт общения с матерью, излучающей «безразличие» и порой негатив. Как правило, сам человек где-то ощущает нехватку любви, но «детские» установки, ставшие причиной такой защитной реакции, незыблемы.

Четко фиксированное отношение к матери, записанное в раннем детстве, в бессознательном как «отчуждение» («не знаю и не хочу знать»), также неосознанно будет регулировать отношения в семье с партнером. Живя вместе, такой партнер всегда «держит дистанцию» и не проявляет вербальных и не вербальных знаков внимания(!), принижая значимость семейных праздников (без официально принятых): юбилеев годовщин свадеб, знакомств и практически «не признавая» их психоэмоциональное значение для супруги (супруга).

Как правило, они пессимистичны относительно личных отношений. Проявление потребности в близости воспринимается ими как угроза (требовать внимания — вызвать негативный всплеск), поэтому они дистанцируются и избегают интимных отношений, последствия которых могу нести с собой какие-либо ограничения или обязательства. Будучи эгоистичны и имея о себе высокое мнение, они умеют расположить к себе противоположный пол, но только для удовлетворения своих физиологических потребностей. Они склонны менять партнёров и вовлекаться в ни к чему не обязывающие, «без чувств» сексуальные связи. Они не нуждаются в постоянных партнёрах и тем более в участии «кого-то» в своей свободной, без обязательств жизни. Даже находясь в браке, они, как правило, продолжают жить своей внутренней жизнью. Им недостаёт искренней чувственности к потребностям другого, а «самораскрытие» партнёру для них недопустимо.

Недоверие и подозрительность, вынуждают их контролировать «границы» своего комфортного пространства постоянно, не разрешая их преступать. Как правило, они «не опускается» до уровня слежки за партнёром, но явные намеки на измену будут являться основанием для «праведного гнева» и однозначного разрыва. Переживания и наличие стрессовых ситуаций отрицаются ими. Даже чувствуя душевную боль, они не показывают своих чувств и как правило не идут на компромиссы в ситуациях измены и обмана.

Поскольку они нуждаются в том, чтобы воспринимать и преподносить себя как весьма уверенных и волевых в себе людей, они сверхчувствительны к отвержению и реакциям гнева.

Даже создавая брак, они больше полагаются на разумную логику и обоснованность своего выбора, а не на любовь и чувства к партнёру.

Им, как правило, очень сложно сохранить семью с любящей и эмоциональной «второй половиной».

Желание быть «свободным» во что бы то ни стало и отсутствие проявления эмоционального «тепла», ласки и реального внимания к партнеру как к «любимому человеку» (особенно к женщине), приводит ЧУВСТВА «второй половины» к «опустошению», внутреннему конфликту с собой, приводящему к стабильному и естественному «выгоранию» чувств и желанию отстраниться от «нелюбимого человека», даже «ценой» эмоциональной «боли» через расставания с ним.

Испытывая уважение и некую благодарность своей «второй половине» за терпение к имеющемуся «своеобразному» характеру, искреннюю верность, — партнер с избегающим типом реагирования может длительно и добровольно «присутствовать» рядом и внешне проявлять участие и необходимую помощь.

При этом он продолжает жить своей внутренней жизнью, не давая «второй половине» душевной эмоциональной удовлетворенности.

 

Партнёры с надёжным и избегающим стилями привязанности

Основанием развода среди партнёров с надёжным и избегающим стилями привязанности часто становится неспособность избегающего индивида откликнуться на потребности своего супруга в близости и взаимности, как защитная функция, выработанная в детстве, — демонстрируемая отчужденная «независимость», отсутствие необходимости в душевной близости.

Развод нередко даже инициируется избегающим партнёром, чтобы предотвратить надвигающиеся собственное «отвержение», так как он сам чувствует, что его супруг не удовлетворен.

Люди с избегающим стилем привязанности пессимистичны по поводу взаимоотношений в целом и относительно возможности восстановления проблематичных отношений, в частности.

Бегство — это привычный для них способ реагирования. Будучи реалистичными и приземлёнными натурами, они осознают, как правило, момент, когда брак потерял свою актуальную ценность и не может быть восстановлен. Осознавая это, супруг соглашается на развод без чрезмерного беспокойства и особых переживаний за оценку своих действий родными и окружающими, переживаниями за эмоциональное состояние партнёра.

Поведение этих пар в период развода характеризует физическая и эмоциональная замкнутость, минимум конфликтов и эмоциональных всплесков. Партнёр с надёжным стилем привязанности принимает разрыв и обращается внутрь себя, чтобы осмыслить свою жизненную ситуацию.

Необходимость адекватно воспринимать реальность даёт шанс для построения диалогов и дальнейшего общения. Партнёры с избегающим стилем склонны внешне отрицать боль и приуменьшать значение роли супруга в своей жизни или её благополучия.

Ощущение некомфортности и обидчивость нередко создают предпосылки для покидания, «связывающую пару», спальни или дома. Они пытаются как можно быстрее и без лишних «раздуваний» конфликтов завершить процесс развода, чтобы поскорее восстановить своё внутреннее равновесие.

Партнёры с надёжным и тревожно-амбивалентным стилями привязанности

В браке между людьми с надёжным и тревожно-амбивалентным стилями привязанности первый обычно проявляет заботу о своем супруге. Такое положение может нарушаться вследствие чрезмерного «цепляния» партнёра с ТРЕВОЖНО -АМБИВАЛЕНТНЫМ стилем привязанности и неприятие любых проявлений «независимости» со стороны второй половины. Рано или поздно, подобные всплески на психоэмоциональном уровне могут приводить к чувствам ущемления своего личного пространства и реакциям возмущения со стороны супруга с надёжной привязанностью.

Для тревожно-амбивалентного человека развод несёт угрозу, поэтому он держится за любую возможность сохранить брак, например, идет на соглашения, которые ранее отвергал или на предложения, воспринимаемые им до этого как неприемлемые, при этом не исключены варианты искусственного создания причин для задержки реализации этого же соглашения.

Оба супруга могут осознавать потребность подумать о детях, однако только партнёр с надёжной привязанностью способен разделять супружескую и родительскую роль. Он, как и раньше, продолжает заботиться о ребёнке, предлагает договоренности относительно будущего, например, что он мог бы встречаться с ребёнком в выходные.

Партнёр с тревожно-амбивалентным стилем может использовать детей в качестве способа «удержать» своего супруга (иногда даже вовлекая их в тяжбы, что недопустимо). Им трудно учитывать и оценить адекватно воздействие стресса, которому их дети подвергаются в результате развода. Они склонны приписывать детям собственные чувства «покинутости» и тревоги расставания. Например, они могут сказать: «Твой отец покинул нас» или «Она не любит нас больше».

Оба партнёра могут чувствовать себя крайне расстроенными, так как неоднократные попытки прояснить ситуацию оказались тщетными. Самостоятельно или вместе они могут искать вмешательства независимой стороны.

«Тревожно-амбивалентные» партнёры могут принять предложение обратиться к психологу, как правило, в надежде, которую они лелеют, что это изменит(!!!) (а это не так) позицию их противоположной стороны. Но здесь надо быть осторожным и иметь дело только с профессионалом, ибо в противном случае «расстроенный» супруг(а) может попасть под влияние лично заинтересованного в длительном «общении» «специалиста».

Супруги с надёжным стилем привязанности могут соглашаться на посещение психолога в том случае, если психолог поможет их партнёру принять факт развода, справиться с чувствами пустоты, беспомощности и сильной тревоги или снизить озабоченность собой и подумать о будущем их детей.

Партнёры с тревожно-амбивалентным и избегающим стилями привязанности

Человек с избегающим стилем привязанности может неосознанно выбрать тревожно-амбивалентного партнёра, поскольку зависимость последнего оправдывает(!) его избегание и подтверждает восприятие других людей как не заботящихся и отвергающих.

В свою очередь, человека с тревожно-амбивалентной привязанностью может притягивать партнёр, ускользающий из отношений; он неосознанно стремится к подтверждению своего страха «быть брошенным». Вот такой парадокс жизни!

В браке тревожно-амбивалентный партнёр непрестанно разочарован отчужденностью и «холодностью» своего партнёра, и наоборот, партнёр с избегающим стилем крайне злит «цепляние» тревожно-амбивалентного партнёра, от чего он дистанцируется еще сильнее. Под угрозой расставания тревожно-амбивалентный партнёр пустит вход любые уловки и манёвры, чтобы удержать свою «половину». Процесс развода пробуждает обоюдный гнев. У «тревожно-амбивалентных» индивидов гнев запускается страхом «быть брошенным» и чувством беспомощности.

У «избегающих» партнёров побуждающей силой гневных реакций становится душевная боль, вызванная крушением «фасада» равнодушия и контроля.

В процессе развода такие пары оказываются поглощенными борьбой за власть. Каждый пытается обрести потерянное ощущение контроля. Хотя может декларироваться желание обсудить и разобрать сложившуюся ситуацию, нарастает опасение, что это будет расценено партнёром как признак слабости и подчинения. Нередки «закулисные интриги». При подобных настроениях создаются предпосылки для внутренней тревожности и подозрительности, которые в свою очередь приводят к различным манипуляциям и «воинственным стычкам».

В стремлении одержать верх над «противником», в борьбу могут вовлекаться, к сожалению и дети. Например, у каждого могут быть свои планы на ребёнка, которые с ним не обсуждаются. «Тревожно-амбивалентная» мать, например, может «позаботиться» о каком-нибудь «необходимом» занятии для ребёнка, именно в день встреч ребёнка с отцом, а затем обвинять последнего в нежелании встречаться с ребёнком и участвовать в его жизни. «Избегающий» отец, сталкиваясь с тем, что ребёнок постоянно отсутствует или чем-то занят, когда он пришел, чувствует себя «отверженным». При продолжающихся подобных вариантах — партнёр, в лице родителя, может совсем прекратить свои попытки контактировать и общаться с ребёнком. Таким образом нарушается контакт, который может перерасти с годами в полное игнорирование друг друга.

Партнёры с обоюдным тревожно-амбивалентным стилем привязанностей

В нашей жизни, браки между индивидами с тревожно-амбивалентной привязанностью довольно редки. Как правило, их сводит вместе идеал духовного родства, стремление к совершенной близости и отзывчивости. Супружеская жизнь таких пар довольно «запутанная», так как вследствие отсутствия личных границ они склонны к слиянию и восприниманию партнёра как продолжения их «самих», а не как отдельную личность.

Разочарование в ожиданиях приводит к разрушению иллюзий, что может приводить к стремлению найти другого идеального партнёра. Угроза развода «запускает» в человеке с тревожно-амбивалентной привязанностью интенсивные страхи. Наиболее ранним и сильным является страх «быть оставленным», который в отдельных случаях может даже восприниматься просто как угроза существования. Под влиянием этого страха оба партнёра склонны «саботировать» процесс развода. Они могут декларировать, что не могут больше жить вместе, однако они и не способны расстаться. Многие такие пары, не один год могут находиться в состоянии «хронического развода».

Надо заметить, что детей часто используют чтобы «вцепиться» в того партнёра, который в данный момент настаивает на разводе.

Их общение в период развода характеризует взаимные обвинения и проекции, так как каждый партнёр отрицает свои личные проблемы и отказывается брать ответственность за распад брака и эскалацию конфликта.

Тревога подавляет их способность к разумному суждению. Усилие одного из супругов «высвободиться» из под «гнета» недовольства и претензий другого провоцирует в последнем эмоции гнева и ответный удар: оскорбления, угрозы, зачастую приобретающие неистовый характер. Оскорбления, часто доходящие до «болевых» границ, оправдываются наличием у партнёра любовника или любовницы, однако в основании этого поведения лежит неспособность видеть в другом отдельную и независимую личность.

Нежелание и неумение «отделить» себя от своего партнёра приводит зачастую к провокации и интригам вокруг значимых для второй половины вещей и людей.

Партнёры с обоюдным избегающим стилем привязанностей

«Избегающие» партнёры могут выбрать друг друга, чтобы изначально ликвидировать возможность близости. Их брак характеризует отстраненность и холодность, что обеспечивает обоих контролем над уровнем близости.

Такой брак может существовать довольно долго, пока в семейной жизни не происходит «нечто такого», что воспринимается «второй половиной» как «недопустимое». Субъективно, но при этом «свято» веря в свою оценку происшедшего, партнёр считает себя «униженным», при этом испытывая негативные и оскорбленные чувства.

Это может быть словесное оскорбление или физическое насилие.

Когда оскорбленный супруг заявляет о желании расстаться, другой также начинает чувствовать себя глубоко «задетым». Как правило, ни один не проявляет усилий к тому, чтобы восстановить отношения, так как развод сулит «освобождение» и надежду найти более подходящего партнёра.

«Праведный гнев» приводит к возмездию напоследок, что пробуждает в партнёре чувства отверженности и беспомощности, а также потерю контроля.

Отсутствие сочувствия и эмпатии приводит к спланированным, злонамеренным действиям.

Месть и насилие в данном случае — это именно те «средства», с помощью которых партнёр хочет «восстановить» свою самооценку. Подобные желания не имеют под собой «почвы» адекватного восприятия происходящего и партнёры крайне субъективно оценивают как собственные действия, как и действия «второй половины». Развернувши «войну», они используют все имеющиеся возможности досадить и «достать» своего партнёра, даже не пренебрегая фальсификацией фактов.

Дети такой пары рискуют оказаться «пешками», которыми манипулируют и даже «жертвуют» в ходе сражения. Зачастую родители не видят и не воспринимают негативное воздействие своих поступков на психоэмоциональное состояние детей. Обвинение в жестоком обращении с ребёнком — манёвр, который может привести к специальному судебному разбирательству. Может быть устроена целая «битва» за право опеки над детьми, но вовсе не потому, что оба хотят, чтобы дети жили с ними, а из стремления ущемить и лишить «чего-то» своего бывшего партнёра. В крайних случаях дело может доходить даже до похищения детей или осознанном удерживании их у себя под якобы значимым предлогом.

Влияние стилей привязанности «мать-ребенок» на поведение партнеров в ситуации разрыва отношений (часть вторая)-03Как видите, вариантов реагирования «на разрыв» отношений достаточно. В нашей реальной жизни есть очень много важного и непроявленного… Большинство людей не знают или просто не готовы принять «правду» о себе…

Чтоб понимать «другого» — надо понимать «себя».

Любить человека — это принимать его таким, каким он есть!

Наш же разум не может принять «несовершенства» того, кто для нас стал самым «важным» или самой «необходимой» в жизни… Проходят недели или десятилетия и те же самые люди воспринимают «важных» и «необходимых», уже совсем в ином «свете»…?! А почему?! Что происходит?! И откуда берёт начало «непонимание» и «отчуждение»?!

Каждый день, смотря на себя в зеркало, мы видим перед собой «того», кто имеет свои принципы, желания и реакции реагирования на многие жизненные ситуации, но при этом не осознаём, насколько же в нас «правит» и влияет, более чем что-либо, — неведомый и не проявленный «мир» детства и юности…

Да, человек — потрясающее создание, в котором всегда «живет» прошлое (наше детство, юность), настоящее (реальная действительность) и будущее (формирующееся из наших желаний, целей, мыслей).

Надеюсь, прочитав эту статью, каждый сможет задуматься не просто о своих отношениях с «кем-то»: о своих претензиях и обидах, о переживаниях и конфликтах, а прежде всего сможет «увидеть» себя таким, каким он «пришёл» в этот мир, вспоминая свои «первые» эмоции общения с мамой, разговоры с отцом… множество «кадров» из жизни и каждый «несёт» свои чувства и эмоции.

При этом заново чувствуя «забытые» обиды и недовольства, «ушедшие» страхи и внутренние тревоги, светлые радостные минуты счастья «детского» сердца… Наши воспоминания «живут» в нас всегда…

Вспоминая мимолетные эпизоды своего детства и юности, мы снова «оказываемся» там, где «начинали» свой путь познания жизни и «получали» первые уроки становления себя как личности, своего «первого» опыта общения, бессознательно формируя своё отношение к вопросам, которые приходится решать во взрослой жизни!

У каждого человека есть шанс измениться и есть силы сделать выбор! Вопрос: «Насколько это нужно и значимо для самого человека?! Хочет ли он «понять» себя или хочет «убежать» от себя»…?!

Не «слушайте» свои сомнения и не ищите «правды» в советах других…

Человеческий разум не может знать ни истинность, ни значимость жизненных уроков! Всё, что дается нам Свыше, — не простое совпадение или мимолетная случайность. Путь предначертан до рождения, но «как» идти по Жизни и для «чего» — решаете Вы!

Вы — сила намерения! Только человек делает себя как счастливым,так и безнадежно «одиноким»… За все свои мысли и действия мы получаем итоги и результаты!

Будьте счастливы и живите в мире с собой!

Real time web analytics, Wordpress visitor counter, Wordpress visitor tracking